• Источник: Православие.ру

    Таиланд – популярная у туристов страна. “К сожалению, люди приезжают сюда из России не только молиться, но и грешить”, – иронично замечает официальный представитель Русской Православной Церкви в Королевстве Таиланд, Камбодже и Лаосе архимандрит Олег (Черепанин). Тем не менее, в далекой буддийской стране успешно существуют несколько православных приходов; храм есть и в столице – Бангкоке, а недавно был создан первый монастырь.

    Православная община в Таиланде

    – Отец Олег, расскажите, как все начиналось? Как вы попали на эту землю?

    – Это был конец 1990-х годов; тогда в Таиланд стали приезжать русские, чтобы заниматься бизнесом. В России тогда было очень тяжело, а в Таиланде можно было неплохо жить. Но наших храмов на огромных просторах Юго-Востока – от России до Австралии – не было. По-моему, был только единственный православный храм в Гонконге, да и тот был не в юрисдикции Московского Патриархата. Открытие прихода в Таиланде – это исключительно инициатива русских, проживающих в этой стране.

    Но хотя храм в Бангкоке создавался по большей части для русских эмигрантов, постепенно среди прихожан стали появляться и тайцы. Кто-то просто ходил из любопытства, а кто-то всерьез проникался православной верой и принимал крещение.

    Почему именно я здесь оказался? Монах свой воли не имеет. Сегодня Священный Синод направил меня в Таиланд – значит, я буду служить там; если завтра мне будет определено какое-то другое место, снова отправлюсь в путь.

    Свято-Никольский храм в Бангкоке

    По милости Божией, 12 лет назад нам удалось организовать в Бангкоке приход и устроить храм во имя святителя Николая. Этот святой выбран не случайно, ведь святитель Николай – покровитель всех путешествующих, а русский человек, где бы он ни жил за пределами родной земли, все равно как путешественник. Тогда мы просто переделали под здание храма обычный дом. А когда и этого храма еще не было, мы молил ись прямо в огороде под деревом. Мы получили государственную регистрацию, то есть фактическое признание, только через девять лет после того, как тут появились, – в 2008 году. Вот почему сразу строить храм было нельзя. Но поскольку де-факто мы уже были, то нам официально позволили организовать маленький приход. А после регистрации мы начали задумываться о строительстве храма. В будущем году мы намерены заняться вопросами приобретения в собственность земли и строительства. Хотя, не скрою, это сложная задача.

    – Какие еще православные храмы есть в Таиланде?

    – Их на самом деле не так мало: за последние годы были построены храмы в Паттайе, на острове Пхукет, идет строительство на острове Самуи. Совсем недавно нам удалось приобрести землю в провинции Ратчабури, чтобы устроить там православное кладбище – ведь, как известно, в Таиланде тела умерших не хоронят, а сжигают. Кремируют здесь в буддийских монастырях, и, хотя местные монахи говорят, что не исполняют никаких обрядов, такого не может быть по определению – ведь кремируют в культовом заведении по определенному порядку. Поэтому у нас остро стоит вопрос, что же будет с нами после смерти, и я имею в виду не только душу, но и тело: родственникам, чтобы переправить тело на родину и похоронить по-христиански, приходится платить 6–7 тысяч долларов. И я призываю туристов, которые, как правило, приезжают в Таиланд заниматься разными экстремальными вещами, помнить об этом.

    Православный Свято-Успенский монастырь в Ратчабури, Таиланд

    Так вот, мы обратились к Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу с прошением организовать там, в Ратчабури, монашескую обитель, ведь это очень консервативный буддийский регион, и, чтобы в том месте обустроить кладбище и православный храм, нужно находиться там постоянно. Патриарх эту идею благословил. В настоящее время монастырский комплекс освящен, он включает в себя церковь в честь Успения Божией Матери, часовню в честь Иверской иконы Божией Матери, игуменские покои, монастырские кельи, другие хозяйственные постройки. В ближайшем будущем мы ждем приезда архиерея, который совершит великое освящение монастыря, а также нового храма на острове Самуи.

    – Кто же будет насельниками монастыря? Есть ли уже кандидаты, много ли их?

    – Да, есть несколько кандидатов – их список мы предоставим на утверждение священноначалию. Среди них – иеродиакон отец Серафим, уроженец Румынии, – в недавнем прошлом спортсмен, призер Сиднейской Олимпиады по стрельбе. Он, кстати, тренирует сборную Таиланда по стрельбе…Также есть несколько послушников: серб, американец и лаосец. Им всем дан дисциплинарный устав, и они очень четко его выполняют.

    Монашеские келии. Православный Свято-Успенский монастырь в Ратчабури, Таиланд

    Конечно, среди насельников должен быть – и нам очень хотелось бы, чтобы был, – и опытный монах, поскольку пребывание в монастыре подразумевает духовное возрастание под присмотром опытного старца. Пока о старцах нам говорить не приходится, но очевидно, что нужен человек, имеющий опыт организации жизни в обители.

    – Мы привыкли, что монастыри, как правило, устраивают в местности, отличающейся суровым климатом, например на севере или в безводной пустыне. А сложно ли молиться в тропиках, где климат похож на райский?

    – Да там у нас, в новом монастыре, и есть настоящий рай! У нас дикие цапли живут, и обезьяны приходят с гор; практически домашняя кобра ползает постоянно… А условия для жизни создать не трудно – есть удобные новопостроенные кельи… Приходи и молись!

    А если без иронии – то, когда человек настроен жить с Богом, ему все равно, где он живет: в пустыне или во граде. Я убежден, что не стоит уделять внимание каким-то внешним факторам – этому научила меня жизнь на Востоке. Может быть, это важно для новоначальных, но человеку, который уже сознательно идет по этому пути, надо строить пустыню внутри себя.

    – А кто приходит к вам в храм в Бангкоке? Сколько человек составляют общину?

    – Община собиралась буквально по одному человеку. В первое время приходили в основном работники Российского посольства и сотрудники ООН, которые служат по пожизненным контрактам. Для большинства Церковь имеет некое объединительное значение, поскольку другого места, где бы русским можно было собраться, пообщаться, в Таиланде просто нет. Но постепенно к таким “клубным” интересам присоединяются и духовные.

    Храм Вознесения Господня на о. Самуи

    Состав нашей общины интернациональный. За годы существования храма у нас молились тайцы, лаосцы, украинцы, американцы, румыны, греки, французы, эфиопы, египтяне. Истории бывали разные. Вот, например, египтянин женится на тайке. Коптской церкви, понятно, тут нет – и он приводит ее в православный храм. Мы ее оглашаем и крестим. Он копт, женится на православной. Единственное, что потом на службе копт только молится, а его супругу мы причащаем.

    К нам приходят и тайцы. Они очень добродушный и наивный народ. Их понимание религии также по-детски наивное. Они, приходя в храм, украшают иконы цветами и венками, спрашивают, какому святому молиться, чтобы было здоровье или чтобы прибавилось денег, ставят свечки.

    Мы не ведем какого-то специального подсчета. На службе могут быть и три человека, а может быть и 20, и 100. Пик посещаемости храмов случается в разные дни, и это никак не связано с православным календарем. Ведь большинство праздников приходится на рабочие дни. “Постоянных” бабушек в платочках у нас нет. Но наш храм открыт каждый день с утра до вечера.

    – А туристы из России Православием интересуются?

    – Туристов тоже не много – ведь на самом деле Бангкок не туристическое место, люди заезжают сюда по дороге на острова ради шопинга и клубов, и после бурной ночной жизни очень мало кто способен прийти утром на службу. Туристы иногда обращаются к нам в каких-то экстремальных ситуациях. Например, кто-то не рассчитал своих финансовых возможностей, остался без денег, и нужно хоть как-то дотянуть до отлета домой. Я стараюсь не вникать в причины, что привело наших людей в эту страну, а помогать по мере возможностей, хотя они сильно ограничены, поскольку сами мы едва сводим концы с концами.

    Случается всякое: и забавное, и печальное, и трагическое. Как-то к нам обратилась за помощью группа так называемых “пеших туристов”. Они рассказали, что путешествуют автостопом из России в Австралию. Им давали визы в Монголии, Лаосе, Китае, а вот австралийскую визу им получить не удалось. Я им пытался объяснить, что добраться автостопом до Австралии невозможно, поскольку нужно пересечь океан, и вообще пеший туризм в азиатских странах – это полный абсурд. Тропический климат не располагает к многокилометровым прогулкам. Но им все же каким-то чудом удалось добраться до Таиланда, причем у них с собой было всего 50 долларов на троих. Я спросил, как им удалось проделать такой огромный путь со столь мизерной суммой в кармане. Они объяснили, что передвигались пешком или на попутных машинах, ночевали в монастырях, а в Лаосе устроились работать на змеиную ферму и потихоньку от хозяев питались змеями.

    Бангкок

    Бывают и невеселые случаи. Девушка с Украины через интернет познакомилась с японцем. Он пригласил ее для встречи в Таиланд, а здесь предложил ей такое, что бедняжка в ужасе бежала от жениха, оказавшегося любителем нетрадиционного секса. Она осталась без доллара в кармане, с одним только обратным билетом, причем до дня отлета оставалось еще две недели. Девушка обратилась в Российское консульство, а они отправили ее ко мне. Пришлось подключать прихожан, которые помогли ей обрести приют до отлета самолета.

    Был еще случай, когда житель Ростова-на-Дону, приехавший в Таиланд работать инструктором по подводному плаванью, попал в автокатастрофу и получил тяжелую травму головного мозга. Несколько месяцев он лежал в коме в одной из тайских больниц, приходя в сознание лишь на секунды. Родственники отказались забирать его, поскольку в этом случае им придется оплачивать счет за лечение, а это десятки тысяч долларов. Я не мог оставить его в столь бедственном положении. Сначала пытался выйти на МЧС, но там получить помощи не удалось. В конце концов, я связался с администрацией Ростовской области и договорился о том, чтобы они забрали своего земляка и оплатили лечение… В общем, проблем приходится решать немало.

    Так что у нас есть и прихожане, и захожане – и для всех них, как оказывается, очень нужен храм. Не важно, насколько многочисленна община. Важно, чтобы в этом огромном городе продолжалась молитва.

    – Как тайцы приспосабливаются к особенностям Православия?

    – Это не они приспосабливаются, это мы должны приспосабливаться. Менталитет менталитетом, но когда они видят, что мы говорим одно, а делаем другое, то, конечно, у них это не укладывается в голове. “Как же вы живете?” – недоумевают они. Свидетельствовать о Христе нужно примером своей жизни, тогда даже буддисты смогут нас понять.

    – Насколько здесь сильны католики и протестанты?

    – Католицизм здесь присутствует очень давно, первые упоминания о нем были еще 500 лет назад. Я бы не стал говорить, что католики и протестанты занимают здесь какие-то значительные позиции. Все вместе мы, христиане всех деноминаций, составляем менее одного процента населения Таиланда. Проблема в том, что если бы буддизм был антагоничен по отношению к христианству, то, может быть, это было бы лучше. Но всеядность буддизма все ставит с ног на голову. Они не отрицают другие религии, и даже если они становятся христианами, ментально часто все равно остаются буддистами. В буддизме очень большую роль играет традиционная восточная созерцательность, отсутствие насилия, отсутствие давления на человека, а ведь любая миссия – это своеобразное давление на человека. Например, нашего отца Даниила, тайца по национальности, очень сложно заставить на кого-то “надавить”, кому-то что-то внушить, на чем-то настоять, доказать свою правоту.

    – Как вы справляетесь со сложностями катехизации?

    – Есть Библия на тайском языке, есть молитвослов. Тайцы, которые хотят узнать основы вероучения, приходят и беседуют со мной и с нашим вторым священником отцом Даниилом или с нашим диаконом отцом Серафимом. И постепенно становятся христианами через видимый образ действия. Хотя теория тоже важна. Сейчас мы заканчиваем наш совместный проект с Томской епархией – перевод на тайский язык “Закона Божиего” протоиерея Серафима Слободского. Владыка Ростислав, архиепископ Томский и Асиновский, очень горячо поддержал это дело. К освящению монастыря в Ратчабури мы хотим приурочить и презентацию этой книги. Переводили книгу не только специалисты по лингвистике: у нас есть несколько крещеных тайцев, которые в достаточной степени владеют русским языком; кроме того, есть несколько тайцев из нашего прихода, которые владеют английским языком. А ведь, как известно, “Закон Божий” отец Серафим изначально писал на английском языке.

    Конечно, необходимо, чтобы переводом занимались крещеные, верующие люди, так как есть много трудностей перевода. Например, как передать на тайском понятие “молитва”? У буддистов есть понятие “медитация”, которое, можно сказать, прямо противоположно по смыслу молитве, тем не менее в книгах разных христианских конфессий, например у католиков и протестантов, молитва переводится именно как медитация. Молитва – это нечто идущее от нас к Богу, то есть изнутри вовне. А если мы посмотрим все эти переводы, то это будет просто немного другое определение медитации: извне вовнутрь. Понятия такого, как молитва, у тайцев нет, и нам приходится очень трудно.

    – Православная Церковь в Таиланде – для кого она? Для русских или для иностранцев? Ведь известно, что православные не занимаются прозелитизмом…

    – Церковь – она Христова и не знает национальностей. Я считаю, что если в государстве совершенно иной культуры религии и менталитета Церковь не становиться национальной, то есть не состоит из местного населения, то она не имеет корней. И теперь, когда нами уже решен вопрос с храмами, решены вопросы элементарного выживания, на первое место будет выходить миссионерский аспект. Мы будем все больше и больше внимания уделять этому направлению работы, потому что другого пути просто нет. Храм не может быть только для своих.

    Служба в православном храме на о. Самуи

    Православие отличается от прочих вероисповеданий тем, что постоянно напоминает: Господь Сам творит Свою волю в человеке. Не надо никогда обольщаться и надеяться на себя. Случаются совершенно неожиданные вещи: иногда много усилий тратишь на то, чтобы что-то предпринять, – и ничего не получается, а когда Господь действует, то человек обращается в Православие очень легко и глубоко – получается самый лучший вариант. Я наблюдал разные случаи. Принцип один: нужно делать свое дело, молиться и не обращать внимания на обстоятельства, даже такие, казалось бы, важные, как сколько людей приходит. Ты как сеятель: сеешь семя, а что взойдет – не знаешь, но если ты добросовестно трудишься, то Господь обязательно поможет.

    19.07.2011

    Добавить комментарий

    Войти с помощью: 

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *