Программа «Судьба художника»

Владимир Горбик – художественный руководитель и главный дирижер Столичного Симфонического Оркестра в гостях у Анатолия Мальцана.

Полная расшифровка интервью

Приветствие: Здравствуйте, дорогие друзья! С вами программа «Судьба Художника» и я ее ведущий Анатолий Мальцан! Сегодня у нас в гостях очень интересный человек с непростой судьбой. Основатель, художественный руководитель и дирижер Столичного симфонического оркестра Владимир Горбик.

Анатолий: Здравствуйте, Владимир Александрович.

Владимир: Здравствуйте.

Анатолий: Владимир Александрович, как так сложилась Ваша судьба, что Вы стали дирижером?

Владимир: Я учился в Московской консерватории как дирижер, как хоровой дирижер и симфонический. Закончил в 2000-м году у профессора Игоря Дронова, как дирижер-симфонист. С того времени и до, и после окончания консерватории дирижировал разными оркестрами и постепенно пришел к мысли о том, что нужно создавать свой оркестр.

Анатолий: Владимир Александрович, великий философ древности Платон, говорил, что музыка воодушевляет все живое, что она дает крылья души, вдохновляет и вообще является и представляет собой все самое прекрасное и светлое, что есть у человечества. А как Вы оцениваете музыку и что для Вас музыка, какова ее глубинная сущность?

Владимир: Я думаю, что посредством музыки человек просто разговаривает с Богом… Если коротко ответить на этот вопрос. Один Святой сказал, что от рая на земле остались музыка и цветы. В этом что-то есть, неправда ли?

Анатолий: Действительно, это так. И поскольку вся Ваша профессиональная жизнь, насколько мне известно, связанна с музыкой, то сегодня мы затронем эту тему в разных ее аспектах. Но помимо этого, я знаю, что Вы – отец десятерых детей, что в наше время является большой редкостью и большим примером для нас всех. Нам и, я думаю, нашим телезрителям будет интересно узнать о Вашей семейной жизни, как сочетается Ваша интенсивная профессиональная творческая деятельность с воспитанием детей и семейной жизнью.

Владимир Горбик с семьей
Владимир Горбик с семьей. Фотография из личного блога Владимира

Владимир: С радостью отвечу на все вопросы.

Анатолий: Итак, помимо всего прочего, Выявляетесь преподавателем Московской Консерватории имени Петра Ильича Чайковского, закончили три факультета, имеете два диплома : оркестровый и как дирижер симфонического оркестра и дирижер хора. Какое из этих направлений, в наибольшей степени оказалось востребованным в Вашей жизни и как они сочетаются,и почему Вы решили освоить сразу несколько направлений?

Владимир: В моей жизни хоровое дирижирование и симфоническое, они идут рука-об-руку, как говорят. То есть, я никогда не фиксировался на одной  или другой мысли и мне всегда казалось, что дирижер – как специальность, как профессия – это человек, который должен управлять, в данном случае, как хором, так и оркестром. Часто спрашивают, чего больше в моей жизни. И то, и другое мне интересно. В Московской консерватории я еще учился на композиторском факультете у профессора Романа Леденёва, и также у меня есть свое сочинение, написанное и для оркестра и для хора.

Анатолий: В марте 2017 года Вы создали в Москве Столичный симфонический оркестр. Как пришла идея его создания,расскажите, пожалуйста, подробнее.

Владимир: До этого времени у меня были подходы к разным оркестрам, как в России, так и за ее пределами. И я, не удовлетворяясь тем, что у меня нет своего оркестра , если глубже посмотреть на этот вопрос,могу сказать, что у меня была мечта быть симфоническим дирижером с 13 лет. Довольно давняя мечта.. И постепенно-постепенно, когда так складывались обстоятельства, учитывая еще мой концертный график: Россия-Америка-Австралия, я подумал, почему бы не создать свой оркестр, когда для этого есть все возможности.

Анатолий: Известно, что Ваш оркестр сразу стал международным проектом 6 февраля 2018 года – как только был создан!

Владимир: Он изначально планировался, как международный проект, потому что моя жизнь проходит не только в России. Я довольно часто бываю в Америке. Проводил мастер-классы в Дельской Консерватории.Изначально задумывал так, чтобы оркестр был сначала учрежден в России, в Москве. Все документы официально получены на этот оркестр. И со временем, планировалось чтобы влияние этого оркестра распространялось и на другие страны и на другие континенты, имеется ввиду – обширная концертная деятельность. У меня много друзей, которые мне помогают в Нью-Йорке,в Италии, во Флоренции. И там тоже хочется создавать такие филиалы, это уже дело ближайшего будущего. Если брать Нью-Йоркский проект, то действительно,шестого февраля этого года я туда поехал и записал  рекламный ролик с музыкой Самуэля Барбора Адажио, которое мы сейчас и прослушаем.

Анатолий: Услышанная нами музыка – прямое подтверждение сказанных слов о том, что искусство и музыка, в частности, возвышают. И все-таки, вот мы все родом из детства, поэтому интересно, как Ваше детство, Ваше общение с родными и близкими, повлияло на Ваш жизненный путь, который привел к тому, что все Вас знают, как известного дирижера, в том числе и композитора?

Владимир Горбик
Владимир Горбик и Столичный Симфонический Оркестр

Владимир: У меня, можно сказать, поющие родители.Я с детства слышу красивое, хорошее пение, а мой прадед был скрипачём. Видимо,музыкальные гены подтолкнули меня к выбранному пути… Но довольно поздно, потому что  в музыкальную школу я поступил в 10 лет, я тогда приехал из Монголии с родителями. До этого я был в посольской школе, в Монголии, солистом в хоре и записывался на радио, как солист. То есть мое музыкальное развитие шло примерно с 7 лет. И постепенно я пришел к мысли,что должен играть на различных инструментах. Были разные пробы, и виолончель, и скрипка, и фортепиано – мой основной инструмент. Потом, чуть позже, когда дело дошло до армии,  я уже учился играть на трубе, на альте и на ударной установке.

Анатолий: Михаил Иванович Глинка говорил, что музыка вырастает из народной жизни, а мы, в данном случае композиторы, ее лишь аранжируем, и, если мы посмотрим, раньше музыка в значительной степени действительно вырастала из народа. Но сейчас, последние несколько десятилетий буквально, есть ощущение, что произошел разрыв. Та музыка, которая популярна в современном обществе, создает впечатление, что это уже не народная музыка, что она от народа несколько оторвана. Как Вы считаете, так ли это, и что с этим можно сделать?

Владимир: Относительно того, что музыка бывает, часто оторвана от народа – это правда. Что касается моего детства,слава Богу, в доме всегда звучала музыка народная, и я напитан этими эмоциями с детства. Что касается слов Глинки, я целиком и полностью согласен с этими словами. Человек начинает прорастать из народа, как личность. Он должен себя ассоциировать с народом, неважно при этом, какой музыкальной деятельностью он занимается: классической или эстрадной, если этот разрыв происходит, наверное,это не есть хорошо. Слава Богу, в  моей жизни очень тесно прослеживается такая связь.

Анатолий: Я узнал, Владимир Александрович, что Вы человек верующий. Интересно, как Вы пришли к Богу и связано ли это как-то с музыкой?

Владимир: В детстве меня мама водила в церковь. Жили мы тогда в Ташкенте. У меня вообще география детства довольно разнообразная. Я в Узбекистане пожил, и в Монголии и в Сибири, несмотря на то,что родился в Москве. Мама водила в церковь, правда процесс сознательного прихода к церкви был позже, уже после армии. Так вот, после армии я подумал,что жизнь должна обретать какой-то смысл, больше, нежели просто профессиональная деятельность. Даже больше, чем семья. Чуть ли не первый разговор с моей будущей женой, был о венчании, я предложил повенчаться и сказал,что надо развиваться в этом деле, воцерковляться. Разговор успешно закончился, в итоге повенчались.

Анатолий: Господь, наверное, не зря создал каждого человека уникальным, у каждого свой характер, своя душа, также каждый народ, каждая страна и каждая цивилизация. Например, русский человек, русский народ, русская цивилизация! Как Вы считаете, есть ли какие-то у нас особенности, которые отражаются на музыке? То есть, наша музыка абсолютно иная, нежели музыка других народов и цивилизаций. И в чем эта уникальность выражается?

Владимир: Это прекрасный вопрос, спасибо. Не так давно я разговаривал с одной американкой. Она меня спросила: «Володя, почему русская музыка так сильно отличается от нашей, американской?». Я спросил, чем же на ее взгляд она отличается.

Она говорит:«Ну вот, возьмем, например, русские народные песни, такие как «Вниз, по матушке, по Волге» и т.д. На мой взгляд, в вашей мелодии есть молитва. А вот в нашей музыке это меньше прослеживается».

Тогда я ответил: «Если мы берем в пример ту песню, которую ты назвала, то это песня про нелегкий бурлакский быт, люди, сочинившие это, тяжело трудились, и в этом тяжком труде они взывали к Богу. А это определило мелодию».

То есть, можно в прямую сказать, что музыка народная, конечно не вся, речь не идет о том, что вся музыка пропитана таким, потому что есть свадебная музыка, хороводная и т.д.   Но мне понравилось, что человек, живущий не в нашей культуре, уловил эту тонкость. Любая музыка формирует душу народа так или иначе, потому что музыка – это сфера души. И когда человек растет, подрастает,он обязательно должен слушать и классику, и фольклорную музыку. То есть, он обязательно должен воспитываться в культуре своего народа. Постепенно это формирует его личность.

Анатолий: Как это выражается в симфонической музыке? Потому что очевидно, что симфоническая музыка тоже имеет много своих особенностей, в зависимости от страны и народа, которые эту музыку порождают. Атак же, соответственно она меняется веками. То есть музыка XIX и XX и XXI веков отличается друг от друга чем-то очень существенным… Как Вы считаете?

Владимир: Вы абсолютно правы. Музыка симфоническая, музыка оперная в особенности, она всегда движется на том фольклоре, страны которой она рождается. Можно взять любую страну: Россия,Германия, Австрия, Нидерланды, Америка. Везде, композиторы пишущие свою музыку,в своем детстве они все любили петь, слушать, танцевать, проникались жизнью своего народа и впитывали в себя эту музыку. Потому, постепенно, это уже рождало более взрослые, так сказать, эмоции, которые уже были претворены средствами симфонической музыки. Про оперу отдельно скажу, потому что оперное пение тесно связано с этой самой составляющей, о которой я сказал. Душевность любого народа, она уходит своими корнями в фольклорную музыку.

Владимир Горбик
Владимир Горбик

Анатолий: А какой репертуар предпочитаете Вы и каких музыкальных традиций придерживаетесь?

Владимир: Я вообще люблю хорошую музыку.Звучит несколько банально, но я сейчас разовью свою мысль. Дело в том, что хорошей музыки очень много, если присмотреться. Правда, плохой музыки тоже немало. И хорошая музыка бывает разной. И симфоническая, и эстрадная, и фольклорная – разная. Собственно говоря, с чего мы начали, что от рая на земле остались музыка и цветы, можно так еще сказать: «Есть музыка, которая в сердце композитора вселяется от Бога, и Он является ее ретранслятором, уже на нас с вами. А есть музыка, которая рождается от каких-то других сил.» Музыка – это такая вещь, я бы сказал, энергия, которая минуя ум, идет от сердца ее пишущего к сердцу слушающего.. без слов! Есть вокальная музыка, но имеется ввиду, что просто на эмоциональном уровне, глубинном уровне, проходят импульсы, токи, как в электрической схеме. Очень важно, если композитор, инструменталист исполняет музыку, которая от Бога, это распространяется на всех остальных людей и они утешаются такой музыкой. Ну а про музыку плохую я даже и говорить не хочу.

Анатолий: О плохой музыке мы говорить не будем. Но, мне кажется, будет интересно, если мы подумаем о том, как решить возникшую проблему. Потому что мы ранее сказали, что есть ощущение, будто прерывается канал передачи глубинных народных чувств, народной жизни и его трансляция в музыку. Сегодня, из-за какой-то степени опошления музыки –происходят противоположные процессы. И трансляция того высокого, Божественного,светлого – она также, на мой взгляд, стала в большой степени ограниченна. Так вот, как можно ситуацию изменить? Как можно посредством музыки, сегодня, в XXI веке сделать так, чтобы музыка вновь стала инструментом пробуждения высоких, светлых и самых лучших чувств в человеке, в особенности, для молодого поколения?

Владимир: Хороший вопрос. Очень своевременный. Один мудрый человек сказал мне: « Мы не будем осуждать чужое, мы будем утверждать свое». Я имею ввиду, вообще плохих вещей, не только музыки, в жизни не мало, нужно просто как-то стараться соблюдать свою душу и следовать в той традиции, в которой ты воспитан, в которой тебя выучили. И, Слава Богу, что в жизни как-то так интересно получилось, что у меня были очень хорошие педагоги на всем моем пути обучения, что в музыкальной школе, что в музыкальном училище при Московской Консерватории, что в самой Консерватории. И я как-то все время стараюсь быть хорошим учеником. То есть быть человеком, который не столько себя оппозиционирует , сколько ныряет в прошлое головой и душой и вынимает на поверхность то, какой опыт мне передали. Я считаю это ценным, важным обстоятельством.

Что касается вопроса, по поводу разрыва, он очевиден, это правда. Это  чудовищно, я бы сказал. Дело в том, что через музыку, через пошлую музыку, идет огромное воздействие на целые народы. Задачи и профессиональных музыкантов и власти – как-то с этим сражаться, как-то на это влиять. Это мое мнение. Я знаю, что сейчас мир стремится быть свободным. Мне почему-то вспомнилась такая вещь. Раньше был госзаказ, во время Советского Союза. Мы слушали с экранов телевизора только опробованную музыку, проверенную во всех отношениях. Слова, музыка, аранжировка – все было , с моей точки зрения, высший класс! Я своих детей воспитывал на этой музыке. А потом все как-то стало меняться. Не хочу называть фамилии, но было что-то такое, когда начались эти 90-е годы, о чем действительно очень трудно говорить. Я предпочитаю, чтобы мои дети поменьше слушали такой музыки.

Конечно, совсем трудно абстрагироваться, когда мы живем в таком мире, который все время контактирует, в мире, который все время взаимодействует. Да и потом, дети тоже сами должны разбираться, что хорошо и что плохо. Родитель не может за ребенка сказать: «ты вот это слушай, а это нет». Допустим, если ребенок мне приносит музыку, которая мне не нравится, я, по совету очень мудрого человека, сажусь вместе с ним, и мы слушаем какую-нибудь попсовую (как сейчас говорят) песню, и я начинаю так рассуждать. «Вот это мне нравится в этой музыке, а это нет». То есть для ребенка очень важно найти что-то, что мне все-таки там нравится. Слава Богу, мои дети приносят музыку, в которой можно что-то найти. Потому что было немало потрачено сил и энергии на то, что бы в них было это заложено. Музыкальный вкус у детей присутствует. Они все учились и учатся в музыкальных школах. Мы с супругой стараемся разносторонне развивать своих детей, и спортом тоже занимаются, помимо музыки.

Анатолий: Я в свое время тоже оканчивал музыкальную школу. У меня были представления, что когда-то будет семья, будет дом, будут дети – мы все вместе будем музицировать. Мне интересно, Вы, как профессионал в сфере музыки и отец десятерых детей, как у Вас происходит? Есть ли у Вас семейные концертные вечера? Готовите ли Вы какие-то постановки?

Владимир: Постановки готовили и готовим. У нас дочки обычно занимаются этим вопросом. Сценки какие-то по праздникам, и песни разучиваем. Расскажу веселый момент. Едем на дачу, обязательно поем русские народные песни на 3-4 голоса, очень красиво. А когда, допустим, какой-то праздник, и надо спеть многое лето или что-то, мы  делаем это смешанным хором семьи, как правило это хорошо звучит.

Анатолий: Когда отец дирижер, конечно, это прекрасно вдвойне!

Владимир: Да, тут уже невозможно не петь!

Анатолий: Известно, что «мой дом – моя крепость». В Вашей интенсивной творческой деятельности как дирижера, как преподавателя, как человека, который проводит множество мастер классов на разных континентах, как Вам удается совместить интенсивную профессиональную деятельность, с жизнью в семье? Помогает ли вам семья в этом? Поделитесь опытом.

Владимир: Когда я учился на трех факультетах Московской Консерватории, у меня уже было трое детей. Ко мне подходит студент, мой однокурсник, к сожалению, у него не очень хорошо получалось учиться, мягко говоря не все оценки были отличными, он спрашивает меня: «Володь, как так? У меня нет семьи, я трачу много времени, учусь на одном факультете, и у меня постоянно какие-то трудности в учебе. Ты все время что-то делаешь и как ты это все успеваешь?» Ну, практически тот же вопрос. Я ему ответил такими словами, что чем больше трудностей у человека в жизни появляется, потому что то, что мы называем, это в той или иной степени трудности, рождение детей и их воспитание, рождение коллективов – их воспитание, это тоже очень интересный творческий процесс.  

Даже, если просто брать студенческую жизнь, она непроста сама по себе, потому что еще пока нет никакой известности, кусок хлеба надо еще заработать, чтобы он был и т.д. То есть, нет некой инерции жизненной, по которой ты знаешь, что завтрашний день более-менее будет у тебя обеспечен в материальном плане. Так вот, я ему говорю: «Трудности закаляют человека, и чем большим, (я ему даже посоветовал), чем большим количеством вещей ты будешь пробовать заниматься, тем больше у тебя будет получаться».

Меня, на самом деле, не просто закаляют трудности, а я без них жить не могу. То есть, настолько я интегрирован в преодолении всякого рода трудностей, и больших и малых, что когда их у меня нет (в отпуске, например), я просто начинаю скучать на третий день. Просто начинаю скучать! Я не знаю, чем заняться… Нет, я знаю чем заняться, у меня в отпуске всегда есть какие-то дела, но как маленький пример из жизни, все время вопрос , который вы задаете, достаточно частый, мне порой приходится на него отвечать, как устраивается, благоустраивается моя семейная жизнь, при такой нагрузке, мастер-классы, концерты..

Семья Владимира Горбика
Семья Владимира Горбика

Мне конечно, очень помогает жена, потому что мой дом – моя крепость, вы правильно сказали. Жене нужно памятник поставить при жизни, за ее такой труд, настоящий, материнский. Я просто знаю, что в доме у меня тыл полностью прикрыт. То есть я, как некий ,так сказать, (с кем можно сравнить) военачальник все время смотрю в даль и думаю как выйти на какие то горизонты, как выйти на какие-то другие интересные вещи в творчестве. Но при этом я четко знаю, что в семье порядок. И конечно же, нахожу время заниматься не только творчеством, но и детьми. Где-то с кем-то поговорить, где-то с кем-то погулять. Недавно летал в Америку, взял с собой дочку, показывал ей Ниагарский Водопад, например. Нужно жить полнокровной жизнью, не просто сухо так, мол отойдите все от меня, я сейчас тут буду творчеством заниматься. Для меня это естественный процесс.

Анатолий: Спасибо, Владимир Александрович! А у нас сегодня в гостях был основатель, главный дирижер и художественный руководитель Столичного симфонического оркестра, преподаватель Московской Консерватории имени Петра Ильича Чайковского, отец десятерых детей и просто очень интересный и глубокий человек. Спасибо вам за это интересное интервью.

Владимир: Спасибо, что пригласили в студию. А вас, дорогие слушатели, я приглашаю на концерт 30 января в Малый зал Консерватории, где будет исполнена музыка великих романтиков «Четвертая трагическая Симфония Шуберта» и Первая Симфония Мендельсона. До скорой встречи на этом концерте. До свидания .

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нравится наш портал?x

Проект «ЕлицыМедиа» существует исключительно на пожертвования читателей.
Если Вам нравится то, что мы делаем, Вы можете поддержать нашу работу, перечислив любую посильную сумму.

Помочь проекту