Источник: Домодедовские вести

Его цель – безграничная власть над душами современников. «Чего хочет царь – хочет Бог!»

В 15 километрах от Москвы, на высоком берегу реки Пахры высится кирпичная свеча колокольни храма Воскресения Словущего. Колокольня является самой высокой точкой села Колычево. История села уходит в глубокую древность и неразрывно связана с одним из самых почитаемых святых Русской Православной Церкви – московским митрополитом Филиппом. Его иконописный лик смотрит с фасада колокольни. Внимательный взгляд митрополита встречает молящихся в храме. О священномученике Филиппе, Иване Грозном и истории села и пойдет этот рассказ.

1. Холодная зима 1568 года

По свидетельству современников зима 1568 года выдалась лютой. Москва была окутана морозной дымкой, в которой как в вате гас знаменитый звон ее колоколов. На лету замерзали птицы, и горожане предпочитали сидеть по домам. Государь Иван Васильевич, недавно вернувшийся из Первого ливонского похода, поначалу был благодушен.

Но вскоре шепот ужаса пронесся среди горожан. То там, то здесь толпы опричников врывались в дома известных служивых людей, грабили и насильничали. Бояр и их слуг голышом выволакивали из домов. А затем с гиканьем и свистом тащили на арканах по обледенелым улицам, чтобы кинуть в пыточные подвалы.

И вскоре главные площади столицы украсили сосновые перекладины виселиц, дубовые плахи и огромные дымящиеся котлы со смолой. Возле деревянных настилов с топорами в руках прохаживались мускулистые каты – палачи Древней Руси.

Причиной новой волны террора послужили якобы найденные письма польского короля Сигизмунда. Единственным, кто не поддавался всеобщему настроению страха, был московский митрополит Филипп.

2. Соловецкий игумен, ставший митрополитом Московским

К 1568 году ему исполнился 61 год. Родившийся в знаменитой боярской фамилии, детство он провел в Москве и семейном имении Колычево, вблизи нынешнего городского округа Домодедово. На берегу неторопливой Пахры он впитал любовь к родной земле и получил разностороннее образование. Иначе просто быть не могло, ведь его отец был воспитателем Юрия Васильевича – брата Ивана IV .

Юность пролетела при дворе Великого князя. Казалось, его ждала блестящая придворная карьера. Но блеск придворной жизни и звон боевых мечей не радовали молодого человека. Всем своим сердцем он жаждал посвятить жизнь Богу.

Тридцати лет от роду Федор – так звали в миру молодого человека – в одежде простолюдина уходит вместе с обозом на далекий Север. Полгода он пасет овец, а еще через год его постригают в монахи под именем Филипп. Восемь лет трудов, молитвы, постов и подвигов поднимают Филиппа до звания игумена знаменитой Соловецкой обители.

Соловки

Угловая башня Соловецкого монастыря, цветная фотография 1913 года

Именно при игумене Филиппе вокруг монастыря поднимаются те циклопические стены, которые мы видим сейчас, строятся храмы и в разы расширяется хозяйственная деятельности. Среди лучшего русского духовенства Филипп участвует в Стоглавом соборе, на котором Иоанн Васильевич обращает пристальное внимание на усердного игумена. Не связанный ни с какой боярской партией, Филипп Колычев представляется царю идеальной фигурой на место московского митрополита.

Царь Иоанн IV был сложным человеком, в душе которого склонность к неудержимому насилию парадоксальным образом уживалась с православной религиозностью.

Соловецкий игумен говорил прямо там, где все льстили. Он был словно отражением совести Иоанна. Поэтому царь остановил на нем свой выбор.

Слово царя много значило в то время. И поэтому на соборе духовенства 1566 года именно Филиппа единодушно избирают кандидатом на первосвятительскую кафедру.

Но тут возникает неожиданная проблема. Приехавшего издалека соловецкого игумена ужасают московские казни. Неожиданно для всех он выступает с резким осуждением разделения государства на Земщину и Опричнину, а также политики террора, которую проводит царь. Не ограничиваясь разговорами наедине, Филипп поднимает вопрос ребром прямо на заседании собора.

– Умири совесть мою, – обращается к царю будущий митрополит, – упраздни опричнину! Ибо всякое разделенное Царство, по глаголу Всевышнего, падет. Пусть будет только единая Россия!

Царь пугается. Собор епископов – это сила. Вдруг духовенство единым фронтом выступит против его нововведений? В некотором замешательстве он обещает подумать. А пока он думает, 25 июля 1566 года собором всех русских епископов Филиппа Колычева поставляют на престол митрополита Московского и всея Руси.

3. Совесть царя

В течение полутора лет кажется, что в жизни Русского государства началась новая пора. Царь приближает святителя Филиппа к себе, советуется с ним по всем вопросам церковной и государственной жизни. Он занят войной с Ливонией настолько, что даже оставил свое любимое развлечение – казнить изменников. Нет, опричнину Иван IV так и не распустил. Но ходят слухи, что это может случиться в любой момент. Слухи настораживают высокопоставленных опричников, которые привыкли наживаться за счет ограбления Земщины. Известна фраза Малюты Скуратова, которую он кинул на счет митрополита Филиппа:

– Везде этот поп! Продыху от него нет!

Царедворцы уже догадываются, что слухи распускаются с ведома самого царя. Ему сложно сдерживать себя, ему сложно разговаривать с митрополитом. Он самодержавный властелин, он сам – властелин своей совести. Эти странные евангельские слова – «не убий»… Они же не относятся к царю, который должен убивать врагов Отечества?

Иван Грозный Васнецов

Васнецов, «Царь Иоанн Васильевич Грозный»

Холопов своих он волен миловать и казнить! Зачем ему укоры от какого-то священника? Зачем выстраивать внутреннюю политику на системе «сдержек и противовесов». Куда проще – страхом! Царь осторожно прощупывает общественное мнение. И все вокруг – царедворцы, бояре, опричники и духовенство льстиво поддакивают:

«Да, ты – прав! Ты самодержец! Ты волен над нашей жизнью! Твоя воля – воля Божья».

И лишь один человек продолжает твердить о необходимости христианского милосердия. Лишь один голос напоминает Иоанну о том, что тот, прежде всего – человек. Один – вопреки всем!

Поняв все это, царь резко прекращает общение с митрополитом Филиппом. Один в поле не воин!

Что бы ни делал царь – митрополит должен молчать! Совесть – замолчи!

4. Царь и христианин

Отстранив от себя митрополита Филиппа, государь Иоанн Васильевич начинает закручивать новую спираль террора.

Его цель – безграничная власть над душами современников. «Чего хочет царь – хочет Бог!» – вот его лозунг.

Аресты и казни следуют одна за другой. Первым казнят боярина Иван Челяднина с семьей. Затем следует очередь князей Куракиных, Булгаковых, Ряполовских, и Ростовских. Царь не щадит даже принявших иноческий чин князей Щенятевых и Турунтай-Пронских. Под пытками несчастные оговаривают еще кучу друзей и родственников. Следуют новые аресты. Вслед за господами волокут в пыточные подвалы слуг. Царь пытает сам. Он словно находит в этом какое-то извращенное удовольствие.

В перерывах между казнями, он вместе с опричниками надевает монашеские одежды и бьет земные поклоны.

А затем вся честная компания бражничает. Наступает весна. Приближается конец Великого поста.

Митрополит Филипп

Митрополит Филипп, современная картина.

Родственники репрессированных, обиженные и обездоленные – все они стекаются к митрополиту. «Заступись, Владыка, – со слезами молят они, – помоги!».

Но Филиппа даже не пускают под государевы очи. Его лишают древнего права всех христианских епископов – печаловаться, заступаться за осужденных. И тогда митрополит решается на небывалое: обратиться к Иоанну прямо в храме.

5. Христианин и царь

22 марта 1568 года митрополит совершал Божественную литургию в Успенском соборе Московского кремля. Иоанн Васильевич пришел на службу вместе с опричниками. Расшитые золотом шубы вошедших были наспех прикрыты черными ризами. На их головах красовались высокие монашеские шапки. В таком виде царь подошел к митрополиту за благословением. Филипп сделал вид, что не замечает главу государства. По собору пробежал сдержанный шум.

– Перед тобой царь, – одернул Филиппа кто-то из бояр, – благослови его!

Митрополит остановился, обвел присутствующих взглядом и с расстановкой произнес:

– В этом рубище и в делах государственных я не узнаю царя православного!

Все замерли. Царедворцы боялись не то что посмотреть на царя, они дышать боялись! В этой жуткой тишине митрополит, глядя в глаза Иоанну, продолжил:

– Государь! Мы здесь приносим жертвы Богу, а ты за алтарем проливаешь кровь христианскую. В самых неверных, языческих Царствах есть закон и правда, есть милосердие к людям — а на Руси их нет! Грабежи и убийства совершаются именем царским! Государь! Как ты предстанешь на Суд Божий? Обагренный кровью невинных, оглушаемый воплем их муки? Государь, побойся Бога…

Митрополит Филипп и Иван Грозный

Митрополит Филипп отказывается благословить Иоанна Грозного, гравюра XIX века

Гримаса гнева обезобразила лицо царя. Слова правды жгли его как железо.

– Довольно! – придушенно закричал Иоанн. В руках мелко дрожал посох, – Я был слишком милостив к тебе, митрополит! К тебе – и твоим сообщникам!

Затем развернувшись, он буквально побежал к выходу!

Царь испугался! Он, знавший силу слова, испугался. Испугался того, что Филипп сейчас произнесет самое страшное – отлучение от Церкви, анафему! Ведь тогда православный народ просто разорвет его на куски!

За царем опрометью бросились опричники и бояре, иностранные гости и простой люд. Собор опустел почти мгновенно. Этого ужаса и унижения Иоанн Васильевич не забудет до конца своих дней. Участь митрополита Филиппа была решена.

Митрополит Филипп

Икона митрополита Филиппа, Россия, XVIII век.

Его арестуют и осудят за измену. На его глазах казнят всех родственников, а затем сошлют в дальний монастырь. Но, ни пытками, ни щедрыми посулами, сломать волю митрополита царю не удастся.

«Нет тебе, государь, моего благословения!» – будет снова и снова повторять Филипп. Нет, и никогда не будет благословения православной Церкви на кровь, беззаконие и насилие! Не в силе Бог, а в правде!

В 1569 году в тверском Отроч-Успенском монастыре Малюта Скуратов задушит бесстрашного старца. А уже через сто лет митрополита Филиппа Колычева Русская церковь прославит в лике святых мучеников.

6. Наследство бояр Колычевых

Убийство митрополита Филиппа и расправа над его родственниками не могла не коснуться вотчинных владений бояр Колычевых. Но село на реке Пахре ими заранее было передано Московскому Богоявленскому монастырю. А потому уцелело. Это оказалось лишь отсрочкой.

Храм в Колычево, современный вид

Последствия тиранического правления Ивана Грозного привели страну к смуте 1612 года. Польские интервенты и грабители всех мастей не оставили от подмосковных деревень камня на камне, их пришлось десятилетиями отстраивать заново.

Однако жизнь продолжалась. В древнем селе она была сосредоточена возле древнего деревянного храма. Колычевы построили его настолько добротно, что простоял он почти триста лет. Лишь к 1697 году неподалеку возвели новый храм во имя Воскресения Христова – каменный храм Воскресения Словущего. Старую церковь разобрали, отметив памятное место часовней.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 комментарий

  • бросилось в глаза: Пусть будет только единая Россия! .. ну не мог в то время будущий митрополит сказать ‘единая Россия’ 🙁

Нравится наш портал?x

Проект «ЕлицыМедиа» существует исключительно на пожертвования читателей.
Если Вам нравится то, что мы делаем, Вы можете поддержать нашу работу, перечислив любую посильную сумму.

Помочь проекту