Источник: Проза.ру

В последние два года передо мной по-новому развертываются события моей жизни, и снова встают перед глазами люди, память о которых хранится уже много лет в сердце. Вспоминая их, я не могу не воскликнуть: «Что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми?!». Чем отблагодарить Бога за встречи и расположение сердечное ко мне этих людей? Ибо участие их, словно ярко вспыхнувший факел в сумрачном лесу, освещало мой жизненный путь…

Есть такое определение в христианстве о том, как подобает относиться к людям — нужно видеть в каждом человеке Образ Божий, и ради этого Образа оказывать ему должное почтение, внимание, заботиться о его благе.

Дэвид Винер, известнейший адвокат, израильтянин американского происхождения, сын ученого и богослова, Юджина Винера, бывшего в свое время правой рукой Мартина Лютера Кинга в борьбе против дискриминации чернокожих — жил именно по этому принципу…

С Дэвидом и Соней Винер я познакомилась, когда еще работала няней в семье преподавателей Тель-Авивского Университета. Винеры соседствовали с семьей моих хозяев, и когда те уехали во Францию, Соня попросила меня поработать няней у них. Некоторое время я сидела с их маленькой дочкой, потом ее отдали в частный садик, а меня Винеры просили при необходимости побыть «бэби-ситтер». За год нашего общения я очень сблизилась с Соней и Дэвидом, и даже когда они уже не нуждались в моих услугах няни, отношения наши остались дружескими.

При всей любви и внимании, которые я видела от своих родных, от друзей – такого отношения к себе, как от Дэвида, я не встречала в своей жизни прежде. Позже я поняла, что не ко мне только, а ко всем людям Дэвид относился одинаково внимательно.

Какое-то глубочайшее уважение к личности, искренняя и твердая вера в человека, были удивительны в нем – ведь он, работая в юриспруденции, мало как кто другой, понимал несовершенство человеческой природы вообще, и конкретных личностей, в частности.

Дэвид Винер

Дэвид Винер

— Марина, смотри! – Дэвид с гордостью продемонстрировал мне какой-то небольшой прибор. – Это, чтобы записывать разговоры! Теперь я «крутой», как КГБ! – и он обезоруживающе улыбнулся.

Дэвид вообще редко улыбался, и наверное поэтому улыбка была у него какой-то по-детски беззащитной, доверчивой. Однако он вовсе не выглядел суровым, просто был очень серьезным и постоянно сосредоточенным на своей работе, на помощи людям, попавшим в беду.

Долгое время я не знала, какую высокую должность он занимает. Обстановка в квартире была чрезвычайно скромная, одевались супруги весьма демократично – впрочем, как и большинство израильтян. Бывало, что Дэвид отвозил меня домой, если я сидела с детьми поздно вечером, и по дороге иногда рассказывал мне о сложных случаях из своей практики, хотя, скорее, это был не рассказ, а размышления вслух. Всей душой, всем сердцем Дэвид был в своей работе. Точнее, для него это была не столько работа, сколько служение. Служение людям и истине…

Про то, с кем свел меня Господь, я узнала, когда, решив оставить работу няней, начала искать себе новое занятие. Своими планами я поделилась с Соней, и как-то вечером у нас в квартире раздался телефонный звонок. Звонил Дэвид.

— Марина, добрый вечер. – начал он. – Соня сказала мне, что ты собираешься искать работу. Ты знаешь, я подумал, ведь я же могу тебе написать рекомендацию! Я ведь помощник главного прокурора Центрального округа Тель-Авива. – немного смущенно добавил он. – Ты не знала, да?

— Не знала…- ошарашено пробормотала я.

— Ну вот, – продолжил Дэвид. — Приходи завтра утром, рекомендация будет готова! – и он, попрощавшись, положил трубку.

Утром я приехала к Винерам и получила рекомендацию, два экземпляра, с подписью Дэвида и печатью муниципалитета.

Когда я дома прочитала это письмо, то расплакалась — в таких восторженных эпитетах и похвальных словах Дэвид расписал «душевные достоинства и высокую образованность» няни своей маленькой дочери…

С рекомендацией Дэвида меня сразу готовы были брать на работу – но только няней, хотя и в престижные детские сады. А я рвалась «двигаться вперед», и пыталась устроиться переводчиком, администратором и т.д., желая работать в офисе, однако на работу «с документами» хватало людей из коренных израильтян. Я выучилась печатать на иврите и английском, дважды прошла курсы разговорного английского, но таких соискателей, как я, было множество… Случайно услышав про курсы туроператоров, я записалась и на них. Курсы особо ничего не давали, как потом выяснилось, но оказались неожиданно очень кстати.

Я рассказала Соне о том, где учусь, а вечером мне позвонил взволнованный Дэвид.

Дэвид Винер

Дэвид Винер

— Марина, как же я не подумал, – начал он, – ведь я же сейчас веду дело одной владелицы турфирмы, и надеюсь его выиграть! Соня мне сказала, что ты учишься на туроператора, и мне сразу пришло в голову, что тебя можно устроить на работу с туристами! Ты ведь не против, если я попрошу Илану (владелицу фирмы) тебе помочь?

Конечно, я была не против!

По рекомендации Иланы меня через неделю взяли оператором в маленькую турфирму, где я проработала год, до отъезда в Россию.

Дэвид и Соня были очень близкими мне по духу людьми, и я тяжело расставалась с этой семьей. Мы еще созванивались по телефону несколько раз, когда я вернулась в Россию. Дэвид с гордостью рассказал мне, что выиграл дело Иланы, сообщил, что окончательно перешел к адвокатской практике и много занимается делами тех, кто нуждается в защите, но не имеет средств нанять хорошего адвоката. Он упомянул, что такая работа дает ему меньше денег, но отвечает его душевным убеждениям.

Вскоре я поделилась с ними радостью сначала о долгожданной беременности, потом о рождении первенца, и они очень порадовались за меня. Некоторое время мы переписывались по электронной почте, но потом что-то случилось с нашим компьютером, и вся база данных пропала, в том числе и почтовые адреса. Беспокоить их по телефону я стеснялась, а когда, наконец, решилась позвонить, оказалось, что они сменили квартиру. Я потеряла связь с Винерами почти на 12 лет.

Все эти годы я часто думала о них, особенно вспоминая Дэвида, его особенное отношение к людям, то, что не объяснить словами, но что чувствуется душой… Дэвид был для меня практически духовным отцом (он старше на 13 лет), и хотя мы разговаривали очень мало, но само общение с ним заставляло изменяться мою душу. Он как будто «поднимал» меня над самой собою – своим уважением, своей верой в меня…

Когда у меня появилась возможность выйти в Интернет, я стала искать Винеров. Но долго ничего не могла найти. И вдруг, в 2008 году, при очередном запросе, на экране монитора высветилась фотография Дэвида – лицо, которое я не видела двенадцать лет…

Это был некролог на английском языке. В 2005 году Дэвид Винер трагически погиб.

Я была в шоке. Начала искать Соню, с трудом нашла ее и связалась с ней по электронной почте. Она очень обрадовалась мне, а уж как я ей обрадовалась! Мы связались по Скайпу, увидели друг друга и расплакались… Соня удивилась, что я еще помню иврит, а я ей сказала, что уже год, с момента, как я начала ее искать, я и повторяла язык, в надежде с ней поговорить…

Мы общались с Соней два года по Скайпу и электронной почте, она приглашала меня на свадьбу к старшему сыну, но я не смогла приехать. Постепенно наше общение естественным образом практически сошло на нет. Теперь я иногда только захожу к ней в ФБ, посмотреть фото ее и детей…

Когда я узнала про смерть Дэвида, то рвалась написать о нем, рассказать, какой это был необыкновенный человек! Но нелегко описать чувства словами на бумаге. И я только рассказывала тем, кто рядом, и меня понимали, потому что я говорила, вкладывая в слова душу… Позже я нашла очень много написанного о Дэвиде на иврите и английском, страничку в Википедии, сайт его памяти. Писали его ученики (он преподавал в Тель-Авивском университете), писали те, кто с ним работал.

Про него снят фильм «Защитник», издана книга о его жизни и труде. Кафедре Адвокатской этики и Юридического права в Юридическом колледже Тель-Авива присвоено его имя.

Дэвида Винера называют абсолютным и безупречным примером Адвоката, на которого нужно равняться всем настоящим и будущим поколениям учеников, выбравших путь служения людям и Истине…

Как верно сказала его мама, в фильме «Защитник»:

— Дэвид всегда смотрел на внутреннее в человеке, и всегда обращался к лучшему в нем…

Лично для меня Дэвид был воплощением Совести и Сострадания к людям, и не только непосредственное общение с ним воспитывало мою душу, но и много лет спустя, он остается для меня примером того, как нужно относиться к человеку.

Это про таких людей сказано в Библии: «И свет во тьме светит, и тьма не объяла его»…

P.S. Самое известное дело, выигранное Дэвидом Винером — процесс Амоса Баранеса, осужденного в 1975 году безвинно за убийство, которого он не совершал. В 2004 году Верховный Суд Израиля на основании бесспорных доказательств, предоставленных общественным адвокатом и защитником Дэвидом Винером, вынес Амосу Баранесу оправдательный приговор, полностью сняв с него все обвинения. Подобного прецедента в истории Израиля не было никогда.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 комментарий

Нравится наш портал?x

Проект «ЕлицыМедиа» существует исключительно на пожертвования читателей.
Если Вам нравится то, что мы делаем, Вы можете поддержать нашу работу, перечислив любую посильную сумму.

Помочь проекту